Убийства по алфавиту, стр. 4

Глава 5

Мэри Дроуэр

Да, да, тут-то я и заинтересовался этим делом серьезно – после первого упоминания об этом железнодорожном справочнике. Я поначалу был глубоко убежден, что миссис Ашер оказалась жертвой скотины-мужа. Упоминание о железнодорожном справочнике, где все железнодорожные станции перечислялись в алфавитном порядке, привело меня в трепет. Несомненно, это не могло быть вторым совпадением.

Мы пошли в морг осмотреть тело. Странное чувство охватило меня, когда я вгляделся в старое морщинистое лицо с пучком седых волос, туго стянутых на висках. Оно было таким мирным, таким далеким от насилия.

– Непонятно, кто и чем ударил ее, – заметил сержант. – Как сказал доктор Керр, это произошло мгновенно. Бедная старая душа, она была славной женщиной.

– Должно быть, когда-то она была красива, – заметил Пуаро.

– Да? – пробормотал я недоверчиво.

– Ну конечно, посмотрите на черты лица, форму головы.

Он вздохнул, поправил простыню, и мы вышли из морга. Следующее, что мы сделали, – поговорили с полицейским хирургом.

Доктор Керр был знающим человеком. Он говорил оживленно и решительно:

– Орудие преступления не было найдено. Трудно сказать, что это было. Увесистая палка, дубинка, мешок с песком – что-нибудь подобное.

– Много ли надо силы, чтобы нанести такой удар?

Доктор бросил острый взгляд на Пуаро:

– Вы хотите спросить, мог ли семидесятилетний старик сделать это? Да, взяв орудие достаточного веса, совершенно немощный человек мог достичь такого результата.

– В таком случае убийцей могла быть и женщина?

Это предположение застало доктора врасплох.

– Женщина? Должен признаться, мне не приходило в голову связать женщину с преступлением такого рода. Но конечно, это возможно – совершенно возможно. Однако, с точки зрения психологии, я бы не сказал, что это дело рук женщины.

Пуаро кивнул, соглашаясь:

– Точно, точно. Это неправдоподобно. Но надо принять во внимание все. Как лежало тело?

Доктор подробно описал нам положение жертвы. По его мнению, когда был нанесен удар, миссис Ашер стояла спиной к прилавку (и, следовательно, к убийце). Затем ее тело сползло на кипу газет за прилавком, так что человек, случайно вошедший в лавку, мог не заметить труп.

После того как мы, поблагодарив доктора, ушли, Пуаро тепло сказал:

– Чувствуете, Гастингс, мы уже кое-что имеем в пользу Ашера. Если бы он устроил в лавке скандал, жена стояла бы к нему лицом. Вместо этого она повернулась спиной… чтобы взять табак или сигареты для покупателя?

Я невольно почувствовал легкую дрожь.

– Какой ужас!

Пуаро мрачно кивнул.

– Бедная женщина, – пробормотал он.

Потом взглянул на часы.

– Я думаю, Овертон не так далеко отсюда. Может, рванем туда и побеседуем с племянницей покойной?

– А лавка, где произошло преступление?

– Я бы предпочел туда зайти позже. Есть причина.

Пуаро не стал объяснять, и спустя несколько минут мы неслись по лондонской дороге к Овертону. Адрес, который нам дал инспектор, привел нас к просторному дому, примерно в миле от деревни в сторону Лондона.

На наш звонок вышла приятная темноволосая девушка с покрасневшими от недавних слез глазами.

Пуаро ласково спросил:

– О! Я думаю, это вы и есть – мисс Мэри Дроуэр, работающая здесь горничной?

– Да, сэр. Я – Мэри, сэр.

– Тогда, возможно, я смог бы с вами поговорить несколько минут, если ваша хозяйка не возражает. Это касается вашей тетушки, миссис Ашер.

– Хозяйки нет дома, сэр. Она бы не возражала, я уверена, если бы вы вошли.

Она провела нас в маленькую столовую. Пуаро сел в кресло у окна и пристально посмотрел на девушку.

– Вы, конечно, слышали о смерти вашей тетушки?

Девушка кивнула, у нее снова на глаза навернулись слезы.

– Этим утром, сэр. Приходила полиция. О! Это ужасно! Бедная тетушка! Так тяжело ей жилось. А вот теперь… Это так ужасно!

– Вам полиция не предлагала вернуться в Андовер?

– Они сказали, что я должна прийти на дознание – это в понедельник, сэр. Но никуда я не поеду. Не могу представить себя у магазина… сейчас… и потом, мне не хочется оставлять госпожу…

– Вы любили свою тетю, Мэри? – мягко спросил Пуаро.

– Конечно, сэр! Она всегда была ко мне очень добра, всегда. Я приехала к ней в Лондон, когда мне было одиннадцать лет, после того как умерла мама. Я начала работать в шестнадцать лет и обычно в выходные заезжала к тетушке. Много горя натерпелась она с этим немцем. Она называла его «старый черт». Он не давал ей покоя, паразит и попрошайка!

Девушка пришла в неистовство.

– Ваша тетя никогда не помышляла об освобождении от его преследований с помощью закона?

– Понимаете, он был ее мужем, сэр, куда от этого денешься?

Девушка говорила просто и убедительно.

– Скажите, Мэри, он угрожал ей или нет?

– О да, сэр, он говорил ужасные вещи. Что перережет горло и тому подобное. Проклинал и ругался по-немецки и по-английски. А еще тетушка вспоминала, что он был очень хорошим, когда она вышла за него. Страшно подумать, сэр, во что превращаются люди.

– Да, действительно. Таким образом, Мэри, мне представляется, что вы, зная об угрозах, не очень-то были поражены, когда услышали о случившемся?

– О нет, сэр. Видите ли, сэр, я никогда не думала, что он угрожал всерьез. Я полагала, что это было просто мерзкой болтовней, и ничем более. И я бы не сказала, что тетушка его боялась. Почему? Я видела, как он поджимал хвост, когда она давала ему отпор. Это он боялся ее…

– И все же она давала ему деньги?

– Да, он был ее мужем, понимаете, сэр?

– Да, это вы уже говорили. – Пуаро помолчал и добавил: – Предположим, он ее не убивал.

– Не убивал?! – Она удивленно посмотрела на него.

– Да. Допустим, это кто-то другой… Кто это мог бы быть?

Она удивилась еще больше.

– В это трудно поверить, сэр. Не правда ли?

– И ваша тетя вообще никого не боялась?

Мэри покачала головой:

– Тетушка не боялась людей. Она была остра на язык и могла за себя постоять.

– Вам не приходилось слышать, что кто-то имеет на нее зуб?

– Нет, сэр!

– Она когда-нибудь получала анонимные письма?

– Какие, вы говорите, письма?

– Письма, которые не были подписаны или подписаны чем-то вроде ABC. – Он пристально посмотрел на нее, но девушка была в недоумении и удивленно качала головой.

– У вашей тети есть родственники, кроме вас?

– Сейчас нет. Она была десятым ребенком в семье, но из них только четверо дожили до взрослого возраста. Дядя Том убит на войне, а дядя Гарри уехал в Южную Америку, и с тех пор о нем никто не слышал. Мама умерла, и осталась одна я.

– У вашей тети были какие-нибудь сбережения?

– У нее был небольшой счет в банке, сэр. Достаточный, чтобы похоронить ее надлежащим образом, как она выражалась. Тетушка едва сводила концы с концами.

Пуаро задумчиво кивнул. И сказал скорее самому себе:

– Сейчас ничего не ясно… если дело прояснится…

Он встал.

– Если вы мне понадобитесь, Мэри, я напишу вам сюда.

– Вообще говоря, я поселилась здесь, потому что считала, что это будет удобно для тетушки – иметь меня рядом. Но теперь, – слезы снова появились у нее на глазах, – меня здесь ничто не удерживает и я вернусь в Лондон. Там девушке веселее.

– Я бы хотел, чтобы вы оставили мне адрес, когда уедете. Вот моя визитная карточка.

Он передал ей карточку. Она взглянула на нее с недоумением:

– Так вы… не связаны с полицией, сэр?

– Я – частный детектив.

Она помолчала некоторое время и наконец спросила:

– Что-нибудь подозрительное, сэр?

– Да, дитя мое. Во всем этом есть что-то подозрительное. Позже вы, наверное, сможете мне помочь.

– Я… я что-нибудь сделаю, сэр. Это… это было неправильно, что тетушку убили.

Ее последняя фраза прозвучала странно, но с глубоким чувством.